Какой бы радостной, довольной и счастливой я себя ни ощущала в тот или иной момент (например, в путешествиях), к этим чувствам всегда примешивается тоска с осознанием: всё скоротечно, сейчас ты в комфорте, а за ним последует будничная рутина в виде надоевшей работы, поэтому... стоит ли радоваться? Нет, не умею я находиться здесь и сейчас, абсолютно, и так было всегда в моей жизни. Не исключаю, что мне нужно набрать вес, тогда появятся и силы, и гормоны встанут на место, оттого и полнота и яркость переживаемых комфортных ощущений усилится. Я это помню по периоду с 18 до 19 лет, когда я усиленно жрала таблетки, прописанные гинекологом, и, признаться, никогда больше себя не чувствовала так хорошо, как в те года
 
 
 
 
Теперь в машине мы слушаем музыку с папки, созданной мной ещё во время учёбы в универе на 2-3 курсе. Я внезапно вспомнила вчера, пока мы сидели у часовни. Первый курс, первая в жизни сессия. Зачеты сданы в декабре, наступил январь - время экзаменов. Обидная тройка по истории. Обсуждение с родителями, как поступить с ней. Поход на пересдачу [проставление оценок в зачетку] в надежде ее исправить. Сейчас сие действие вижу безумно странным, неуверенным, а всё почему? Мне как золотому медалисту было невероятно обидно ее получить, прям как оплеуху. Однако почему я пошла советоваться с родителями? Важным являлось их мнение, а не опростоволосилась ли я? не села ли в лужу? ощущать стыд или нет? На самом деле мне хотелось, чтобы никто не ругал меня за эту тройку. А сейчас, как результат того вопрошания, при принятии решений, ставящих меня в затруднительное положение, вызывающих недоумение и повергающих в оцепенение, я чаще всего советуюсь с родителями, не понимая и не спрашивая себя, чего бы хотела я сама, пребывая в уверенности, что они знают лучше. Это так сложно - понимать сейчас, что границы моего поведения могли быть шире, чем психологически предоставляли мне в то время родители. Отсюда и жесткие правила, внешний вид без намёка на укоризну, возвращение домой в одно и то же время без попытки саботажа. Почему-то в какой-то момент психологической защитой стало выступать мое хорошее поведение: было проще сделать так, как требовали они, чем предлагать своё, настоящее, которое они были не в силах принять. Поэтому, скорее всего, я всегда не в силах отказать другим и проявить эмоции гнева, злости открыто, чтобы эти люди знали - со мной обращаться так нельзя
 
 
 
 
Вот выпишут меня с больничного в пятницу грядущую (корки вовсю отваливаются, новых воспалений нет, зашкаливающего жара - тоже), и что мне делать? Продлять свой отпуск, наложившийся на больничный, и отдыхать свои 18 дней здесь, в родном городе, на самом деле жаждая уехать куда-нибудь, или недельку потусить, а оставшиеся 11 дней приберечь на поездку в августе? На работе тухлить о-о-ой, как не хочется. Так жаль, что мы не можем улететь после моей выписки
 
 
 
 
Эти летние июньские утра пахнут так же, как и солнечный воздух в итальянском простецком номере с выходом на крышу, где мы отдыхали год назад. Я иду на кухню, вдыхая какой-то особый воздух, открываю дверцу шкафа, чтобы потянуться за кружкой, а в голове мелькают картинки-кадры бескрайнего неба над головой, поспешные сборы на поезд, отходящий из Лигнано в Венецию, короткая дорога до пляжа у Адриатического моря. Я просто не верю, что это было со мной. Безумно скучаю по путешествиям и внезапностям. Мы не умеем делать нашу обыденную жизнь особенной и запоминающейся, мы просто не умеем придавать ей смысл в круговерти каждодневных забот.
 
 
 
 
Надо бы перестать смотреть в инстаграме истории стюардесс, как они оказались в Дюссельдорфе (а я 30 мая 2017 года летала туда из Москвы! прямых рейсов из Красноярска не бывает), потому как я начинаю сожалеть и грустить, что сдала билеты до Адлера на... да считай, что на завтра, только ночью. Однако болезнь хочет сообщить мне другое: ты слишком зациклилась на этих блогерах, их поездках, геолокациях, и совсем забыла, как не понимала, зачем уезжать из такого хорошо знакомого, тёплого и родного города в какую-то агрессивную Москву. Да, просто теперь, спустя 2 года, мне стало тесно здесь, меня ничего не держит, ради чего хотелось бы вернуться. Родители - отдельная тема, я их не трогаю. По остальным сферам жизни действительно ничего не вдохновляет и не показывает в дальнейшем спокойную и умиротворённую жизнь. Безумно хотела уехать в отпуске, чтобы набраться сил, впечатлений, обнулиться, но, получается, всё перечисленное необходимо сделать здесь, никуда не торопясь и не жаждая смыться поскорее. Возвращение в те же условия, если бы я сбежала от них завтрашним рейсом, могло быть чревато ещё бóльшим разочарованием
 
 
 
 

 

Я сейчас как Дарья Донцова: она же, лежа в больнице, стала писать свою первую книгу? Однако я все-таки не написала пока ни одной книги и дома на больничном. Причина – ветрянка. В детстве и до 27 лет не болела ею ни разу, прививок от нее не ставила – не знала, что такие разработаны. Проработав полгода в школе, схлопотала заразу. 4 июня, в день начала моего отпуска, рейс до Сочи (Адлер) отменился для нас по этой причине - билеты мы сдали экстренно вчера утром. Температура 38,5, сильное сердцебиение, лихорадка на третий день больничного  заставили нас обоих задуматься, что к воскресенью с большей вероятностью я не вылечусь - рецидив может повториться, а сам отдых на юге тогда испортится очередным обострением.

В еще майский понедельник я, выйдя на финишную рабочую неделю перед отпуском, не зная, что уже болею ветрянкой, подумала: «Осилишь эти пять дней, совсем немного, это же не те три месяца, которые ты ждала с марта, это всего пять дней! Ой, нееее, голова болит, мышцы ломит, в жар кидает, а насморка нет, горло тоже не болит, в чем дело? Нееет, похоже, что эту неделю в таком состоянии осилить невозможно».

Сейчас я все еще верю, что мне стоило умолчать на работе, куда я собиралась на отдых. Не поделилась бы ни с кем информацией - явно бы улетела отдыхать, как, например, год назад мне удалась поездка в Европу, я придала ей такую секретность, что о ней коллеги по цб узнали, когда я выложила в вк первую за все время отпуска фотографию из Венеции, а это произошло практически в заключительные даты моего пребывания там.

Взять сейчас меня – ту, которой я была до болезни – уставшую от пересадок на работу и обратно, домой к мужчине, от выглядящих заносчивыми указаний начальника, от состояния, словно мое время расходуется впустую, и я не ощущаю никакого азарта и интереса к такой жизни, аж дыхание останавливается от ужаса, почему я выбрала эти условия и до сих пор так и не отказалась от них. <…>

Смирения и сил мне.

 
 
 
 

 

Я просыпаюсь уже около пяти утра и в последнее время никогда не сплю без пробуждений посреди ночи. Скучаю по временам, когда засыпала вечером и проснуться могла лишь со звонком будильника. Хотела написать о маме, о ее властной натуре, которую стала отчетливо в ней видеть, начав жить отдельно от родителей, о том, как эта ее властность вырастила во мне стремление слепо подчиняться людям и их идеям в ситуациях, когда я не могу придумать для себя выхода, о том, какой безвольной впоследствии я себя чувствую. Но мне и так плохо второй день ни с того, ни с сего: правое ухо не слышит, вчера болела и правая сторона спины, сегодня знобит, чувствую высокую температуру. Мысли жарят изнутри. Скоро уезжать, вроде как радоваться долгожданному отпуску, постить фоточки в инстаграм (на зависть всем и в довольство себе, что наконец-то спустя год тоже еду прочь из родного города, опостылевшего однообразием режима рабочих будней и выходных), а я разваливаюсь [в свои 27] как никогда прежде

 
 
 
 
Переписка с московским интернет-магазином, не отличающимся ответственностью и добропорядочностью, напомнила мне ожидание двухгодичной давности, когда я замирала после каждого отправленного мной сообщения в вк человеку, находившемуся в Москве и несильно-то спешившему мне ответить, порой очень часто тупо молчащему. Сейчас: пишу в 13:00, чтобы узнать статус отправления, в уме держу, что там пока 09:00. Господи, как все однотипно
 
 
 
 
Начинаю сожалеть, что все-таки поздно заказала то самое красное платье в мелкую звездочку... А я так хотела рассекать в нем по олимпийскому парку, кататься на велике у Чёрного моря и любоваться закатом в Сочи. Оплатила его ещё в прошедшее вс, пообещали отправку во вт, вчера спросила, когда отправят, в ответ горячо пообещали: «Сегодня обязательно, не беспокойтесь», но до сих пор трекинг-номер я не получила от них(
 
 
 
 
Одна из моих подруг, с которой дружим практически с первого курса универа и до сих пор, то есть уже как лет 10, спустя 4,5 лет брака наконец забеременела. Наша четвёрка подруг была в диком удивлении от этой новости, поскольку мы не раз слышали от неё, что детей она не хочет и даже не любит. А теперь выясняется, что она просто не могла забеременеть и позволила событиям разворачиваться во времени, не стремясь к результату. Смотрю сейчас на неё, ее мужа, их жизнь, частые путешествия, высокую зарплату, умение распоряжаться финансами, и понимаю: блин, да у неё же теперь всё есть, всё из того, о чем мечтала я, предполагала, что в 27 тоже буду счастливо замужем, уверенная и избавившаяся от собственных предрассудков, чтобы не беспокоиться, как беспокоюсь сейчас, в настоящем. Однако жизнь показывает иное: сам ее процесс - уже развертывание событий на пути совершенствования. Мне просто сейчас жаль, что реальность так и не совпала с ожиданием. Пока что я грущу из-за этого, сидя в собственных руинах.